К чему призывает «Коммунарка»

В мае 2020 года нынешнего года планировалось открытие на бывшем спецобъекте НКВД «Коммунарка» музейной экспозиции. Ее подготовку и необходимое обустройство помещения начали члены Свято-Георгиевского малого православного братства по согласованию с настоятелем прихода храма во имя Новомучеников и Исповедников Российских. Работы велись на протяжении нескольких месяцев. Однако неожиданно, как в марте нам сообщили в братстве, по инициативе прихода работы были остановлены без удовлетворительного объяснения причин. Комментарии со стороны священноначалия, ранее одобрившего такое начинание, до настоящего времени получить не удалось. А проведенный членами братства в он-лайн формате круглый стол, казалось бы, призванный дать ответы на вопрос о том, что же следует делать в Коммунарке, внятного и четкого ответа не принес. Не состоится в этом году по причинам, связанным с коронавирусом, и традиционная майская встреча в этом месте потомков жертв политического террора. И потому приходится продолжать разговор в он-лайн формате и в социальных сетях.

Но прежде чем перейти к содержательной части, следует, вероятно, сказать о том, что собственно дает мне несомненное право возвысить и свой голос. Из нашей семьи в «Коммунарке» лежат двое: Дмитрий Иванович Шаховской и его племянник Федор Сергеевич Шаховской. Первый – известный всей России в начале ХХ века общественный деятель, второй – не оставивший о своей жизни такого же заметного следа. Более того, о нем даже в семье сохранилось так мало сведений, что воспроизвести подробности его биографии затруднительно.

Территория вопросов

Однако взяться за перо вынуждает не только семейная память, но и понимание того, что «Коммунарка» – это, прежде всего, территория вопросов. И главный из них не в том, как воздать должное жертвам и палачам. Тем более, что здесь жертвы и палачи смешались. Отделить одних от других – жертв от палачей – в Коммунарке невозможно. Это исторический факт. И не в этом нерв вопроса, вопреки возмущению некоторой части московской публики именно по этому поводу.

 

Главный вопрос такой. Как могло произойти то, что свершилось здесь? Попытки ответить складываются в целый букет новых вопросов. Когда российское общество совершило недопустимые ошибки или просто согрешило бездействием? Тогда ли, когда Временное правительство не решилось на жесткий отпор большевикам из уважения к политическим оппонентам? Тогда ли, когда Москва не поднялась на борьбу против артобстрела Кремля большевиками? Тогда ли, когда разгон Учредительного собрания прошел при общем молчании? А может быть тогда, когда Красная армия пополнилась миллионами штыков, а Белая едва набрала миллион желающих бороться с узурпаторами власти? Количество вопросов можно множить и множить, каждый может добавить свои.

Не ставить эти вопросы нельзя, без ответа на них мы сегодня не можем понять, какие же уроки следует извлечь из нашего прошлого, чтобы ничего подобного не могло произойти в будущем? От чего надо отречься? Что запретить? В чем, наконец, покаяться? В Европе, к примеру, была законодательно запрещена пропаганда нацизма и фашизма. Может быть, и нам следует договориться и запретить пропаганду сталинизма и большевизма в любом его обличье? Возможно, нуждается в пересмотре наше политическое устройство, создающие слишком большие соблазны для злоупотребления властью, в том числе и для игр с исторической памятью?

Надеяться, что ответы на эти вопросы даст государство, церковь или какая-то еще институция – будь она самая распрекрасная и финансово благополучная – иллюзия. Совершенно ни на чем, кроме благих намерений, не основанная. Однако и полагать, что можно найти ответы на эти вопросы без знания и осмысления того, что случилось на спецобъекте «Коммунарка», – также заблуждение. Глубокое!

Памятник истории

Место это – особый памятник истории нашей страны. И памятник истории революции, потому что именно здесь была поставлена точка в ее возможном развитии как мировой. Здесь лежат те, кто приехал в страну Советов строить новую небывалую жизнь. Полный интернационал. Люди разных национальностей.

А также разных профессий и социального статуса. Чуть ли не полные составы правительств Монголии, Литвы и Якутии, высшие должностные лица московской прокуратуры и ряда важнейших наркоматов; легендарные партийные и военные деятели как Н.Бухарин или П.Дыбенко – и легендарные же палачи, как Г.Ягода.

Особое это место. В том числе и среди иных спецобъектов НКВД. Здесь ощущаешь и понимаешь, как насилие и произвол, воцарившиеся в стране, стерли все границы и уничтожили все правила, принятые в человеческом общежитии и действующие даже не в самых цивилизованных обществах. Одним словом, возврат в сообщество цивилизованных государств вряд ли возможен для нашей страны без отречения от всего, что символизирует собой в нашей истории спецобъект «Коммунарка».

 

Так что мемориализация этого места – причем не только церковная, но и светская – исторически неизбежна.

Территория действия и консолидации

Что здесь будет? Памятник? Музей новомучеников? Ответа пока нет. Но определенно можно сказать, что полные ответы на проклятые вопросы нашей истории родятся не скоро. Со дня расстрела, к примеру, Д.И.Шаховского, моего прадеда, прошло более 80 лет. Возможно, потребуется еще столько же, чтобы пришло глубокое общественное осознание случившегося.

Из этого следует простой вывод: на территории спецобъекта необходима экспозиция, рассказывающая об истории этого места и о людях, которые здесь лежат. Не подсказывающая ответы, но содержащая информацию, необходимую для размышлений и осмысления. Содержательно интересная и привлекающая не только родственников жертв, но и молодежь, которой предстоит продолжать возрождение страны. И выбрать для этого верный путь на основе правдивой и максимально полной информации.

 

Музей без информации – во имя кого бы он ни создавался – не выполнит такую задачу. Как и мемориал, каким бы образом он не воздавал дань жертвам в отличие от палачей.

Как всякая трудная общественная работа, задача осмысления нашей истории не имеет готового «отвечающего» за ее решение. Нет пока, к сожалению, даже самого скромного механизма общественного поиска решения. Сам такой механизм, вероятно, должен родиться в процессе работы, твердую основу для которой заложили усилия общества «Мемориал», поддержанные в последние годы Музеем истории ГУЛАГа.

Достаточно ли того, что делают эти организации? Вряд ли. Скорее всего дорога к определению судьбы бывшего спецобъекта лежит через разные форматы работы, с участием самых разных организаций и лиц, включая международные и иностранные. Да, именно так!

 

Представляются в целом очень правильными предложения исполнительного директора «Мемориала» Елены Жемковой, озвученные в ходе апрельского круглого стола: содействовать созданию информационной структуры на Коммунарке, сформировать программу дискуссий, семинаров и волонтерских мероприятий.

 

Действительно, хотелось бы увидеть предложения и планы. Причем такие, к которым можно присоединиться не только как зритель и потребитель информации.

 

Поясню, что я имею в виду.

 

Хорошо понимаю, что правду о своих родных не довелось бы узнать ни мне, ни многим другим родственникам жертв репрессий, если бы не подвижническая работа сотрудников общества «Мемориал».

 

Правду о местах захоронений мы вряд ли узнали бы без усилия со стороны Музея истории ГУЛАГа. Но результаты этой работы, которые мы с благодарностью принимаем, ставят еще более масштабные общественные задачи – осмысления уроков истории. Так что круг активных участников процесса непременно должен расширяться. А желающие подключиться к общей работе должны иметь такую возможность, причем в именно в формате взаимодействия и сопряжения своих усилий с действиями других организаций и лиц. В этом процессе совсем не мелочь возможность открытого обсуждения плана ежегодных мероприятий на спецобъекте НКВД.

Вот к этому открытому диалогу, к консолидации усилий мне бы и хотелось призвать всех, принимающих участие в работе по созданию «памятника истории «Коммунарка». Для этого сегодня достаточно сделать скромные, но конкретные шаги, например, обсудить план возможных действий, не отвергая никого из желающих в них участвовать. И не замыкаясь в гордости за то, что удалось совершить той или другой организации, как бы значителен не был ее вклад в общее дело.

 

Елена Старостенкова,

правнучка Д.И.Шаховского,

внучатая племянница Ф.С.Шаховского,

Директор БФ «101 км. Подвижники Малоярославца»

Фото - Сергей Платанов

© 2015 Благотворительный фонд "101 км. Подвижники Малоярославца".

101kmfund@gmail.com

  • Facebook
  • YouTube